dxdt.blog: занимательный интернет-журнал

В продолжение истории “отпечатанного” 3D-принтером металлического пистолета. Оборудование, которое использовали для изготовления этого пистолета – весьма дорогое. Точнее, из оборудования там один станок, сам принтер. То есть, по сравнению с другими схемами организации производства данного пистолета, получаем существенное упрощение: вместо нескольких специализированных станков – один, пусть сложный, но самодостаточный.

Понятно, что простой пистолет, классической конструкции, можно изготовить в мастерской, не имеющей современных средств производства. При этом потребуется не только несколько станков, но и высококвалифицированный специалист, который с этими станками сможет управиться. Либо несколько специалистов, каждый работает на своём участке. Пистолет может быть довольно сложным механизмом, и тут, при классическом подходе, требуется сверлить стволы, штамповать детали рукоятки и так далее.

Современным вариантом производства была бы линия, где автоматические станки изготавливают детали, из которых другие автоматы тут же собирают готовое изделие. Разработка, наладка и пуск такой линии – уже весьма сложный процесс.

Вариант же с 3D-печатью позволяет качественно пересмотреть организацию производства: станок один, работает автономно, делает сразу весь комплект, а модели загружаются из Сети. Удобно. Новый уровень. В этом и преимущество. Хотя, в жилой комнате пока не разместить.

Очередная демонстрация возможностей новых технологий на примере “печати” стрелкового оружия: в этот раз пистолет металлический, стреляет без проблем и выдерживает, как минимум, несколько десятков выстрелов. Привлекательным для массовой прессы достижением отличилась компания Solid Concepts. Естественно, речь не о домашнем 3D-принтере, использующем пластик. Детали пистолета M1911 изготовлены на дорогостоящем индустриальном устройстве, при помощи технологии под названием Direct metal laser sintering (DMLS). Подробности – ниже.

Суть метода “печати” – в сваривании частиц металлического порошка при помощи лазера. Компьютерная модель детали разбивается на тонкие (параллельные) слои. Исходный материал (порошок) засыпан в специальный лоток, на поверхности массы порошка лазер “рисует” очередной слой детали, сваривая частицы между собой. На следующем шаге поверх обработанного материала наносится новый слой порошка, из которого достраивается новый слой детали, и так далее. Думаю, схема понятна. По завершении – из порошка достаём готовую деталь. (По ссылке выше есть видео – там процесс показан в подробностях.) Как пишут, у пистолета нарезной ствол, нарезки при этом “выращены вместе с деталью”. Детали не подвергались машинной обработке, а лишь немного дорабатывались ручными инструментами, видимо, перед первой сборкой.

Изготовить пистолет на домашнем оборудовании таким способом пока что не выйдет. Но только потому, что само оборудование не домашнее. Впрочем, если у кого-то подходящий 3D-принтер завалялся в гараже, то теперь достаточно “скачать из Интернета” модель, засыпать порошок и – пожалуйста, пистолет готов. Осталось только “доработать напильником”.

(Кстати, пружины, судя по всему, взяты готовые. “Печать” пружин – та ещё задачка.)

Lockheed Martin публикуют картинку, изображающую гипотетическую гиперзвуковую ракету HSSW (High Speed Strike Weapon):

На картинке виден отставший уже твёрдотопливный (?) бустер, ну и, понятно, запустивший ракету истребитель, который, кстати, находится подозрительно близко. Понятно, что это всё пока фантазия художника.

Высотные гиперзвуковые ракеты хороши тем, что им сложно противодействовать, даже если саму ракету удалось обнаружить. По традиции – прикинем ситуацию в числах. Пусть ракета на пути 100 км (хорошая дистанция для атаки наземной цели истребителем) летит со средней скоростью M=6, это означает, что к цели она прибудет через, примерно, 50 секунд. При этом, если комплекс ПВО обнаружил саму ракету (не истребитель) на дистанции 30 км – для перехвата остаётся около 15 секунд. За это время цель нужно взять на сопровождение, определив параметры траектории, подготовить средства перехвата (на той дистанции, которая осталась после подготовительных операций, в роли средства перехвата должна выступать специальная зенитная пушка), произвести обстрел. То есть, понятно, что “классические” комплексы ПВО тут не подходят в принципе, даже после модернизации (у них уже время обзора несовместимо), а нужна автоматическая система, работающая без участия оператора. Оператор сможет только загодя отмечать источники угроз, в случае данной картинки – это истребитель.

Числа, отражающие наличие тех или иных систем вооружений в Сирии, довольно лукавые. Так, не ясно, что с реальной боеготовностью частей: они должны быть развёрнуты, иметь снабжение, связь и так далее. Про гипотетические комплексы С-300 в Сирии (популярная тема) – Штаты, наверняка, обладают точной информацией: если комплексы есть, то они должны были выходить в эфир, тем самым обозначив своё присутствие.

Вообще, момент с демаскированием позиций сирийских систем вооружений важен сам по себе: у Штатов и их союзников большое преимущество как в информационном обеспечении, так и в средствах активной РЭБ. Соответственно, заработавшие передатчики, просто радиотрафик, имеющий отношение к перемещению частей, – всё это работает в пользу Штатов.

Имеющиеся в Сирии более-менее современные комплексы ПВО вряд ли можно просто распределить по территории, потому что они должны прикрывать друг друга. Да и береговые противокорабельные ракетные системы, – тут сейчас популярно упоминание про “Яхонты” в “Бастионах”, – нуждаются в прикрытии. И не только от воздушного нападения. Здесь, скорее, могут действовать диверсанты. Потому что, понятно, пока есть теоретическая возможность нарваться на “Яхонт”, штатовские корабли к берегу соваться не станут: всё ж эта ракета относится к тем немногим образцам вооружений, которых Штаты реально опасаются.

Что касается РЭБ, то в начале года, после сообщений о рейдах Израиля, я публиковал подборку ссылок на записки по теме.

Автономное проникновение в закрытую зону особо охраняемого объекта и похищение ценной информации – эта задача находится в списке самых ожидаемых функций перспективных малых беспилотников (например, именно такая проблема ставится DARPA в их новом соревновании для беспилотников). Надо сказать, исторически так сложилось, что защита от небольших летающих кибернетических “нарушителей” – это последнее, о чём сейчас задумываются инженеры службы технической защиты информации (но задумываются, да, в обязательном порядке).

Добротно сконструированный беспилотник-шпион по своим потребительским характеристикам ушёл далеко от почтового голубя. В теории, голубя можно выдрессировать так, чтобы он сам забирал некий микроконтейнер и вылетал с ним обратно за пределы режимной зоны. Но вот чтобы он ещё осуществлял облёт помещений в поисках нужного носителя информации, в такое верится с трудом. Хотя, если это голубь-киборг, то всякое возможно. Тем не менее, чисто робототехнические беспилотники, в отличие от животных-киборгов, сейчас получили гораздо более широкое распространение: беспилотники уже конструируют энтузиасты в гаражах, а про применение продвинутых животных-киборгов пока только ходят тихие слухи, упоминающие ЦРУ.

Защита и от беспилотников, и от условных голубей-киборгов, примерно одинаковая. Очевидные меры, вроде сеток и решёток, похоже, не обладают нужной универсальностью. Всё и вся затягивать мелкоячеистой сеткой, устраивая шлюзы для прохода людей – такой метод не выглядит удобным. Интересно подумать об активных средствах.

Миниатюрный беспилотник, построенный по той или иной традиционной схеме, скажем, квадрокоптер, несложно вывести из строя, особенно, если он находится в полёте. Для этого не нужен боевой лазер. Достаточно медленной, но тяжёлой резиновой пули. То есть, активные системы защиты от небольших беспилотников могут быть неопасными для человека. Пара миниатюрных радаров, система видеонаблюдения, несколько автоматических пушек, выпускающих резиновые снаряды очередями по три-пять штук, система наведения – получаем закрытую для полётов беспилотников зону. Конечно, сейчас выглядит как баловство, особенно если пытаться вписать систему в антураж секретного НИИ. Но зато такие средства ПВО могут применяться для защиты фешенебельных вилл знаменитостей от папарацци. Да не только вилл, но и яхт. Так что эта тема должна бы получить развитие.

Занятно: на официальном сайте U.S. Navy в описаниях к нескольким фотографиям указано, что на них изображены “украинские ПТС-2” (Ukrainian PTS-2), при том что на фото запечатлены БТР-80. Например:

ПТС-2 – это другая машина, на гусеничном ходу. Хотя, тоже плавающая, факт:

Возможно, кто-то что-то там переименовал в документах.

В рамках испытаний X-47B (прототипа ударного беспилотника) продемонстрировали успешные взлёт и посадку на авианосец. Вторая задача, между прочим, значительно сложнее первой. Согласно опубликованным планам – на этом проект завершается, так как он показал, что построить подобный беспилотник можно, цель проекта достигнута. От серийного варианта, как бы он ни назывался, прототип X-47B отделяют разнообразные проблемы.

Например, прототип совершал успешные посадки в “тепличных условиях”: штиль, день, авианосец принимает только этот беспилотник, других задач нет. Для первых испытательных полётов – естественная ситуация, спору нет. Но когда (и если) подобные аппараты будут приняты на вооружение, действовать им придётся в условиях куда как более сложных. Известно, что в моменты применения ударной авиации авианосец ведёт весьма интенсивную работу. Беспилотник, застрявший посреди палубы из-за сбоя программы, рискует сильно нарушить режим полётов. Не то чтобы такой летательный аппарат физически оттащить с полосы сложнее, чем обычный самолёт, который тоже может поломаться, – просто, в случае с беспилотником, потребуются новые технические процедуры, позволяющие персоналу понять, что вообще происходит.

Кстати, сама по себе автоматическая посадка на авианосец – дело не такое уж новое: в Штатах есть действующие системы приёма самолётов авианосцем, обеспечивающие заход по командам с палубы, без участия пилота. Понятно, что в случае посадки при помощи такой системы пилотируемый самолёт мало чем отличается от беспилотника. А успешная посадка беспилотника, в свою очередь, доказывает, что систему автоматической посадки можно смелее применять к пилотируемым полётам.

Посадка на авианосец дело сложное. Особенно, если эта посадка происходит ночью, при сильном ветре и прочей непогоде. Возможность ночного всепогодного применения ударной авиации с борта авианосца – среди ключевых преимуществ, поэтому система должна бы работать при таких условиях. В теории, беспилотная авиация может тут обеспечить нужную регулярность из-за “врождённой” способности роботов с высокой точностью следовать заданной программе. На практике – ситуация в районе действия авиации может так быстро меняться, что есть риск потерять этих самых роботов, потому что “врождённая” способность помешала им импровизировать.

Что ещё нужно протестировать, чтобы получить серийный ударный беспилотник морского базирования?

Прежде всего, саму возможность применения оружия. Запуск ракет, сброс бомб – отдельная проблема, тем более, что требования малой заметности подразумевают размещение систем вооружения во внутренних отсеках. Тут ещё подкрадываются возможные запреты на разработку автономных систем, способных применять оружие. Хотя, не ясно, чем, в плане подобных запретов, ударный беспилотник отличается от крылатой ракеты – как минимум, беспилотник заметно более гибок в плане тактики применения, его можно перенацелить, отозвать.

Посмотрим, каким будет следующий этап. Пока что относительно развития темы ударных беспилотников ничего внятного заявлено не было.

Интересно, что в Штатах производство и оборот “недетектируемых” пистолетов, как и другого огнестрельного “недетектируемого” оружия, под запретом с 1988 года – 25 лет. Действие этого старого запрета уже один раз продлевали. Речь о стрелковом оружии, которое не обнаруживается типичными методами: металлодетекторами, рентгеновскими сканерами и т.п. Да, сейчас, в связи с появлением доступных 3D-принтеров, тема вновь обрела популярность. Но странно утверждать, что это какая-то новая тема и, типа, раньше про “пластиковые” пистолеты никто не подумал. Кстати, запрет, видимо, опять продлят.

Вообще, идея неметаллического пистолета старше упомянутого акта 1988-го года: она возникла вместе с началом широкого использования технических средств обнаружения скрытого оружия. Понятно, что с каждым годом трудностей в создании подобного пистолета (или даже винтовки) всё меньше и меньше. Материаловедение уже лет тридцать позволяет, в теории, изготовить такой пистолет, используя композиты. Для создания подходящих боеприпасов тоже нет каких-то строгих физических запретов: например, безгильзовая система, с керамической пулей (поясню: керамика – как вариант, возможно, не самый подходящий, но популярный; скорее всего годится некая композитная конструкция из небольшого количества тяжёлого металла и керамической основы). Естественно, такой пистолет сложен в изготовлении, он не будет массовым и выйдет дорогим, но вполне себе возможен. Шумная история с “напечатанным” пластиковым пистолетом просто это очередной раз доказала.

Само собой, в штатовском акте есть оговорка, позволяющая, по специальному распоряжению, легально использовать упомянутое “недетектируемое” оружие ЦРУ и военному персоналу.

(А из серийных пистолетов с существенным количеством неметаллических элементов принято упоминать Glock 17.)

Вот, сообщают, что Aegis успешно перехватила очередную баллистическую мишень над Тихим океаном. Это, для Aegis, 25 успешный перехват из 31 попытки.

Заградительные аэростаты – очень старое явление. Служили они для создания препятствий самолётам в воздухе, позволяли закрыть то или иное направление от налёта. Интересно, что аэростаты могли бы вернуть в арсенал сейчас, с той же самой, старинной, целью: постановка препятствий, но уже не столько пилотируемым самолётам, сколько беспилотникам и крылатым ракетам (идея такая обсуждается; тоже давно, кстати). Главное, чтобы современный аэростат получился не только дешёвым, но и его можно было бы быстро перемещать и ещё быстрее устанавливать, тогда у летательных аппаратов возникнут заметные проблемы, особенно у тех аппаратов, которые действуют по жёсткой программе полёта.

Вот, интересно – пресс-релиз “Ижмаша”:

Конструкторско-технологический центр “Ижмаша”, входящего в Госкорпорацию Ростех, представил первый образец снайперской винтовки ВС-121, в котором применена компоновка булл-пап.