dxdt.blog: занимательный интернет-журнал

Для некоторых доменов в .ru, которые ранее я зарегистрировал, регистрация закончилась. Соответственно, они переделегируются на специальные NS регистраторов. Продлевать регистрацию я не планирую – не вижу смысла: ЕСИА, да ещё и цены стали совсем немалые. Сегодня вот пришлось заниматься экстренным удалением одного из технических имён .ru, которое я не успел раньше вычеркнуть из DNS-зон, а оно, оказывается, уже закончилось. Вроде, тоже поправил. На dxdt.blog это не должно было повлиять, но всё же.

Да, формально, это я перепутал дату: но, откровенно говоря, мне как-то раньше и в голову не приходило, что придётся вычищать .ru из списков используемых имён. Надо заметить, что ещё и панель управления в “Ру-центре” (а у меня часть доменов ещё там, так исторически сложилось) еле шевелится – приходится дополнительно ждать при выполнении каждого действия. Панель не только удивительно медленная – там ещё и примерно треть полезной площади веб-страницы занята огромной неотключаемой красной плашкой, находящейся в верхней части. На плашке ведётся обратный отсчёт дней, оставшихся, – это следует из сопровождающего отсчёт описания, – до того момента, как я “потеряю возможность управления доменами .ru, .su, .рф”. “Позитивно”, да.

Удивительное всё же дело. Но, надеюсь, что хотя бы управление другими доменами, которые не в .ru, .su, .рф, пока останется. Посмотрим.

Наткнулся тут случайно на занятное решение в области внутреннего устройства LLM-системы Claude от Anthropic.

Я на днях попросил эту систему извлечь актуальный TLS-сертификат с некоторого веб-сервера (HTTPS, то есть). В ответ пришло подробнейшее объяснение того, что “песочница” на стороне Anthropic, которую данная система использует внутри, чтобы выполнять команды, перехватывает TLS, подставляя сертификат, сгенерированный TLS-прокси. “Песочница” тут – это контейнер или виртуальная машина, где исполняется системная среда, доступная “бэкенду” LLM. Сейчас все современные мощные системы этого типа максимально используют привычные программные среды и утилиты (Python, Bash, curl, OpenSSL и пр.), выдача утилит “подмешивается” в процесс подготовки ответа, и это даёт несравнимо лучший результат, чем простое “поточное генерирование” (банальный пример – арифметика: так как “привычный подход” приводит к смешным ошибкам, продвинутые системы ИИ-LLM уже давно считают числа при помощи скрипта на Python).

И вот, на стороне Claude, такая “песочница”, точнее – системное окружение “песочницы”, имеет технические ограничения, которые, тем не менее, “наблюдает” LLM. То есть, сразу отмечу, это ни какой-то там “побочный канал” – нет, Claude подробно расписывает, что, мол, такая вот ситуация обнаружилась, это “мешает мне напрямую получить сертификаты с сервера, поэтому буду искать обходные пути”. А потом начинает добывать сертификат другим способом. Что удивительно, делает это, условно говоря, успешно – таки сертификат (даже несколько сертификатов) был получен, но не непосредственно с исследуемого сервера (см. ниже), что, конечно, не соответствует задаче, так как сервер мог при этом возвращать что угодно другое.

Вообще, сказать с полной уверенностью, что выданное системой описание “песочницы” полностью соответствует действительности – довольно сложно: данная система достаточно быстро и уверенно генерирует детализированные объяснения на естественном языке почти что про что угодно. Так что, может, это специально так сделано. Однако выглядит всё весьма и весьма правдоподобно, поэтому примем, что так оно и есть.

Тем более, что вариант вполне логичный, и система даже прислала подменный сертификат, который возвращает в “песочницу” TLS-прокси: доменное имя, время начала действия (для прокси – время генерирования) сертификата – всё совпадает. То есть что там, на бэкенде, происходит: LLM генерирует шелл-скрипт, который, при помощи вызова утилиты s_client OpenSSL, должен подключиться к исследуемому по моему запросу серверу и вернуть (кроме прочего) серверный сертификат и дополнительные, промежуточные, сертификаты. В результате, сертификаты возвращаются, но это подменные сертификаты, которые сгенерированы прокси-сервером. Это в чистом виде то, что принято обозначать буквами MITM. В серверном сертификате указано имя того узла, к которому было обращение, но выпущен этот сертификат перехватывающим прокси (что нетрудно понять по именам удостоверяющих центров).

Зачем такой перехват может быть сделан? Чтобы отслеживать трафик внутренних систем, управляемых LLM – в трафике может быть что-то подозрительное. Можно было бы делать более тонкий перехват, но это очень сложно, а примитивный “тотальный MITM” – работает подобно молотку: не избирательно, зато просто и предсказуемо.

Похожая ситуация, когда кому-то, кто пытается проверить что-то про TLS и TLS-сертификаты, нахально мешает локальный антивирус – очень распространена. Даже на корпоративных системах профильных компаний. Антивирус перехватывает TLS-соединение в HTTPS, подставляет свой сертификат, сгенерированный под запрос, а реальный сертификат сервера – пользователь не может увидеть совсем. (Оно, конечно, должно бы быть понятно, что такой подход полностью уничтожает весь смысл TLS в вебе, особенно, если это применяется к браузеру на локальном рабочем месте, поскольку вся валидация отдаётся на откуп антивирусу, а специально подготовленный кривой ответ сервера – может сломать сразу локальный антивирус, исполняемый с максимальными правами, и даже не браузер, но это – другая история, и тут уж ничего не поделать, видимо.)

Схема, применяемая на бэкенде Anthropic, – согласно описанию, данному Claude, – несколько другая, но очень похожа: TLS-прокси подменяет всё подряд, и выдаёт сертификаты даже для заведомо несуществующих DNS-имён, под которыми нет никаких веб-узлов (имеется в виду имя в поле SNI). Насколько это оправданно? Опять же, сложно сказать. Зависит от целей. С одной стороны, это полностью искажает сетевую реальность и сводит к нулю ценность такой среды, в которой, тем не менее, LLM-система что-то запускает и пытается использовать результат, растрачивая немалые вычислительные ресурсы. С другой стороны, система вынуждена “искать обходные пути”, и успешно находит их, – это потом можно представить в газетах как “взлом”, обход “ограничений безопасности” и “выход из песочницы”.

Что же касается сертификатов, то, согласно описанию от Claude, они были получены из логов Certificate Transparency (при помощи ловкого обходного запроса к сервису ssllabs.com – чтобы получить отпечатки). Это совсем не то, что требовалось, но, в данном конкретном случае, оказалось даже несколько лучше (опять же, это вовсе не про “ИИ нашёл лучшее решение” – нет, ИИ-сервис, вынужденный бороться с “песочницей”, случайно достал из CT-логов то, что показалось занятным).

Добавил на свой сервис тестирования DNS-резолверов dns.1d.pw вывод DNS cookie. Теперь, если рекурсивный резолвер прислал cookie в составе запроса, то значение вернётся в составе TXT-записей ответа.

DNS-куки (RFC 7873) – это метод, позволяюющий защитить пакеты DNS-транзакции от подмены. Если очень примерно, то работает это похожим на cookie в HTTP образом (или, скорее, похоже на TCP-куки, TCP ближе): но тут cookie-значения передаются клиентом и сервером в составе DNS-запросов/DNS-ответов; сервер и клиент должны передавать согласованные значения, тогда и клиент, и сервер получают возможность отличить подлинные запросы от фиктивных (ну и дополнительную “авторизацию” для доступа к рекурсивному резолверу тоже можно сделать, но здесь речь про запросы к авторитативным серверам).

Обратите внимание на пару моментов:
резолвер должен поддерживать cookie (в сторону авторитативных серверов) – ни Cloudflare 1.1.1.1, ни Google Public DNS – фактически, cookie не поддерживают (у Google поддержка заявлена, но с какими-то непонятными ограничениями);
авторитативные серверы dns.1d.pw сами cookie не поддерживают (пока что), каким бы странным это ни показалось; серверы просто читают присланные клиентом cookie-значения и, если значение было прислано, выводят его в состав TXT-записей ответа.

Выглядит ответ c cookie примерно так:

"target [id]: dns.1d.pw. [50385]"
"ns: dns-a"
"src: 185.39.19.199:52483"
"transport: UDP"
"cookie: cdb3f74474998bda"

Напомню, что, в общем случае, использовать сервис следует так – запрашиваем TXT-запись для dns.1d.pw:

$ dig -t TXT dns.1d.pw

Подробно сервис описан в отдельной заметке.

В продолжение прошлой записки про короткоживущие TLS-сертификаты на dxdt.blog: там было написано, что я перестал отзывать сертификаты для dxdt.blog – так вот, подумав ещё, я всё же добавил отзыв предыдущего сертификата, если успешно выпустился новый. Потому что пока что способ отозвать есть – почему бы его не использовать? Тем более, что это вполне себе обычная ситуация: новый сертификат заменяет старый, для этого даже есть код причины отзыва – Superseded (но см., однако, ниже). Другое дело, что в этих сертификатах для dxdt.blog сейчас одинаковый серверный ключ – это, как бы, переводит основной смысл отзыва в плоскость чистого эксперимента. Но тем не менее.

Let’s Encrypt сейчас предоставляет только один интерфейс для проверки статуса сертификата – списки отозванных сертификатов (CRL-файлы, адреса точек раздачи которых указаны в самом сертификате). От OCSP-респондера давно отказались (и совершенно правильно сделали: OCSP – так себе технология). Собственно, для “сверхкоротких” TLS-сертификатов сейчас вообще допускается отсутствие информации о статусе, то есть, можно и CRL не публиковать. Let’s Encrypt пока что публикуют.

Кстати, немного про устройство раздачи CRL у Let’s Encrypt. Список отозванных сертификатов (или просто “список отзыва”) – это, буквально, удостоверенный подписью список серийных номеров сертификатов, выпущенных данным Удовтоверяющим Центром (УЦ), которые отозваны (иногда – с указанием причины отзыва). Так как сертификатов Let’s Encrypt выпускает много (“много” – это мягко сказано), то можно ожидать, что и списки отозванных сертификатов будут быстро “пухнуть”.

На практике это не всегда так – сертификатов отзывается мало, потому что, вообще говоря, отзыв сертификата – не считается штатным событием. (Но, тем не менее, я таки стал отзывать каждый короткоживущий сертификат, до истечения его срока действия – но то больше в качестве эксперимента.) Всё же, чтобы, видимо, как-то подготовиться к потенциальному “распуханию” списков отзыва, Let’s Encrypt использует некий “шардинг” – CRL для одного УЦ нарезаны на несколько файлов (судя по всему, на 128): например, есть точка раздачи по адресу http://ye1.c.lencr.org/108.crl, а есть и http://ye1.c.lencr.org/18.crl, и 10.crl и т.д., думаю, схема именования ясна. Это всё CRL от УЦ YE1 (как видно и по имени хоста). Конкретный адрес, с разным “фрагментом” CRL, пишется в конкретный оконечный сертификат. Например, сейчас в сертификате на dxdt.blog указана точка http://ye2.c.lencr.org/103.crl.

Отзывать сертификат можно при помощи ACME – там есть специальный интерфейс. ACME вообще предлагает несколько способов отзыва. Понятно, что для отзыва – нужно как-то минимально подтвердить связь отзывающего аккаунта либо с сертификатом, либо с именем в сертификате. Иначе можно будет отзывать чужие сертификаты.

В ACME предусмотрено три основных способа такого “связывания”:
1) через ACME-аккаунт – то есть, запросить отзыв может тот же аккаунт, под которым отзываемый сертификат был получен от УЦ;
2) через секретный ключ от открытого, указанного в сертификате – то есть, любой аккаунт может отозвать сертификат, если запрос подписан секретным ключом от сертификата (это понятный и самый строгий механизм: если секретный ключ от сертификата скомпрометирован, то единственное, где подписи от этого ключа ещё можно доверять, это запрос на отзыв соответствующего сертификата);
3) через подтверждение права управления именем (DCV) – если ACME-аккаунт подтвердил, что управляет именем, указанным в сертификате, то этот аккаунт может отозвать любой сертификат, выпущенный УЦ для подтверждённого имени; тоже логичное решение – сторона, фактически управляющая доменом (или IP-адресом), должна иметь возможность отозвать “прошлые” или “старые” сертификаты.

Заметьте, кстати, что третий метод позволяет отозвать любой сертификат, где единственное подтверждённое имя указано в списке имён (то есть, можно отозвать сертификаты, в которых есть ещё какие-то другие имена/адреса в SAN).

Я сейчас отзываю “замещённые” сертификаты dxdt.blog просто тем же ACME-аккаунтом.

Вот уже месяц сайт dxdt.blog работает на “короткоживущих” TLS-сертификатах Let’s Encrypt. Эти сертификаты валидны, примерно, шесть с половиной дней (160 часов). Соответственно, новые сертификаты заказывает автомат через API ACME (утилита certbot, в данном случае), с периодичностью один раз в двое суток.

Если новый сертификат удалось получить, то он устанавливается на веб-сервер (другим простым скриптом), если не удалось, то остаётся старый сертификат. Об изменении статуса, о попытках заказа сертификата – робот отправляет мне письмо. Заметьте, кстати, что в ACME нет такого понятия, как “продление сертификата” – нужно просто заказывать новый сертификат, вместо старого. Я несколько раз подобные “старые” сертификаты, после получения нового, даже отзывал (есть специальный статус для причины отзыва: Superseded), но сейчас решил оставлять без отзыва.

То есть, в принципе, всё сделано типовым способом и пока что работает нормально. Продолжаем наблюдать.

В Cloudflare сделали для резолвера 1.1.1.1 выдачу DNS-сигнала о том, что для заданного имени на резолвере отключена валидация DNSSEC. Речь идёт про использование так называемых NTA (Negative Trust Anchor) – это способ, позволяющий избирательно отключать валидацию DNSSEC-записей, который должен применяться в исключительных случаях, например, если DNSSEC поломалась в целой зоне первого уровня – как, всего за минувшие пару пару лет, происходило и с .RU, и с .DE, и вот совсем недавно с .AL (Албания). Сигнал об использовании NTA передаётся в расширенных кодах ошибок DNS. Нельзя сказать, что это прямо вот совсем не очередной “костыль” в процессах DNSSEC, потому что на “костыль” всё равно очень похоже, но всё же это сильно лучше, чем просто DNSSEC-валидацию тихо отключать, если “ой, оно опять сломалось”.

Кстати, о поломках DNSSEC и реалиях “технического совершенства” современных интернетов. Вот я только что привёл примеры недавних фатальных сбоев DNSSEC. И среди этих примеров: .RU и .DE. Оба – крупнейшие ccTLD. Домен Германии .DE – вообще на первом месте по количеству зарегистрированных имён, .RU – входит в пятёрку. Имён – миллионы. То есть, это давно уже не про то, что сломался какой-то где-то забытый страновой домен. Вовсе нет. Так что проблема с внедрением DNSSEC – вполне себе масштабная. Да и не только с DNSSEC, конечно.

Кстати, эта странная история с t.me только очередной раз подчёркивает всю “виртуальность доменной географии”: многие думают, что, мол, домен – это строгая система, а имя – идентифицирует узел (вот и в обсуждениях про t.me такая же история: типа, “попробуйте запомнить IP”); в реальности же – это просто идентификатор в чужой базе данных, над которым нет никакого контроля у администратора: администратор лишь получает некоторую временную, иллюзорную возможность управления. Нельзя про это забывать. Особенно, если речь про некий “центральный мессенджер”, к сожалению.

Домен t.me, похоже, разделегирован. Этот домен широко используется в инфраструктуре вокруг Telegram, в качестве носителя “коротких ссылок”.

(Update, 14/07/2026: делегирование вернули, спустя, примерно, 16 часов.)

На фоне полной деградации веб-поиска в привычных поисковых машинах – тем же Google, к сожалению, очень сложно, если вообще возможно, нынче что-то найти содержательное в вебе, – у ведущих сервисов LLM появилось весьма существенное преимущество: например, я теперь всё чаще использую ChatGPT, если нужно что-то найти в интернетах, то есть, найти ссылки на документы в вебе.

Всё потому, что эта система, по минимально сложным запросам, даёт выдачу сильно лучше, чем Google. Да, ответ генерируется в виде “статьи” на естественном языке, да, в ответе нередко ерунда написана, но “слова-то правильные”, а поэтому ответ нужно просто использовать как аннотированный список, тем более, что все ссылки можно открыть в отдельной панели (веб-версия) – и это будет та самая содержательная поисковая выдача, со “сниппетами”, которую раньше бы ожидали от Google.

Да, конечно, Google тоже занял большую часть страницы “выдачи” AI/LLM-генератором, и там тоже можно “пооткрывать ссылки” (кликнув на невнятные мелкие кнопки), но тут вопрос качества: субъективно, качество решения в ChatGPT сейчас несравнимо выше, а решаемая задача – та же.

Есть, впрочем, и существенная трудность: в ChatGPT очень долго готовится выдача. Так что, скорее всего, этим всё и объясняется – Google тоже хочет показывать AI, но уж точно не может позволить себе заставлять пользователя ждать две-три минуты.

Что ж, этого следовало ожидать: пишут, что вот и серверные IP-адреса хостинги должны будут раздавать через ЕСИА. Ну, будет очередной повод закрыть остатки сайтов, которые я поддерживаю. Похоже, что и с электронной почтой будет трудновато. Часть сайтов, кстати, что были в .RU/.SU, я уже и так закрыл; но dxdt вот пока перенёс на dxdt.blog. Однако, скорее всего, следующим шагом будет обязательное размещение какого-нибудь JS-кода счётчика на веб-страницах и тому подобные штуки. Поэтому, видимо, не долго-то осталось, так или иначе.

Хотя, в принципе, Интернет уже закончился и так.

Представьте, что дистанционный пользователь некоторого интернет-узла авторизуется по паролю, который ранее создал и запомнил. Сама сессия работы с интернет-узлом защищена TLS (для примера), поэтому пароль передаётся внутри зашифрованного трафика, но в момент сравнения – используется в открытом виде: то есть, сервер видит открытый пароль, а третья сторона, прослушивающая TLS-трафик, видит зашифрованный пароль. Сервер пароль использует прямо только при начальном сравнении, и в серверной базе данных (БД) долговременно сохраняется не пароль, а значение хеш-функции, полученное по алгоритму, стойкому к перебору (типовая практика).

Пусть теперь появился квантовый компьютер, реализующий алгоритм Шора большой разрядности. Этот алогоритм позволяет атаковать асимметричные криптосистемы, в том числе, в TLS. И если TLS-сессия, в рамках которой передавался пароль, была записана, а для получения сессионных ключей не использовался постквантовый алгоритм, то трафик может быть раскрыт при помощи квантового криптоанализа. Пользовательский пароль, который передавался в TLS-сессии, тоже окажется раскрыт. Естественно, всё то же самое применимо и к неквантовому криптоанализу TLS: например, если сессионные ключи утекли ещё как-то или просто оказались нестойкими, то прочитать пароль можно точно так же. Но тут речь именно про квантовый компьютер, а об эффектах классического взлома – будут оговорки ниже.

Итак, квантовая атака позволила прочитать пароль из записанной сессии. Однако, если сессия не была записана, то паролю ничего нового не угрожает: в БД этому паролю соответсвует стойкое значение хеш-функции, эффективно обратить которое квантовый компьютер не позволяет.

Другое дело – аутентификация/авторизация “по ключам”, то есть, если у пользователя какой-нибудь доступ “без пароля”, на основе электронной подписи (RSA или ECDSA), но при этом на стороне сервера сохраняется открытый ключ, как он есть (не отпечаток, полученный через хеш-функцию), то квантовый компьютер позволит раскрыть пользовательский секрет уже по значению открытого ключа из БД сервера. Даже не нужно записывать TLS-трафик. Хранение на сервере непосредственно открытых ключей – является вполне себе типовым методом.

Неожиданно, но выглядит так, что, при прочих равных, пароль защищён от квантовых атак получше: для его утечки ещё нужно предварительно записать трафик. А поскольку квантовых компьютеров ещё нет, то трафик нужно где-то хранить, в надежде, что пароль расшифруется позже, и не будет заменён до момента расшифрования. Другое дело, что классический взлом того же TLS может быть осуществлён и без всякого квантового компьютера. В таком случае – пароль, передаваемый в рамках сессии, будет так же прочитан. А вот секретный ключ, при аутентификации по ключам, – таким способом не вычислить: нужно взламывать уже криптосистему цифровой подписи. С одной стороны, это существенное преимущество – получается, что система “по ключам” гораздо лучше защищена от классических атак на протоколы передачи трафика. А такие атаки, в отличие от квантовых компьютеров, уже давно являются строго практическими. С другой стороны – если успешной оказалась атака на криптосистему подписи, то тут уже никакая защита трафика не помогает: ни классическая, ни постквантовая.

Естественно, есть много других “если”. Например, можно использовать пароль, но не передавать его на сервер. Можно испльзовать пароль, но заменять его каждый раз после успешного использования (или даже по счётчику с секретом – см. про одноразовые пароли). Можно использовать пароль, но в дополнение к криптосистеме цифровой подписи. Можно использовать постквантовую криптосистему подписи в дополнение к классической. Так что тут многое зависит от выбранной модели угроз.