dxdt.blog: занимательный интернет-журнал

Иран, между тем, успешно запустил своими силами на орбиту собственный спутник и, как пишут, третью ступень ракеты-носителя. (Ступень на орбите – вполне обычное дело в данном случае.)

В принципе, обладание технологиями вывода на орбиту спутников, означает, с некоторыми допущениями, что, при необходимости, есть возможность доставить “груз” в любую точку планеты. Впрочем, для точной доставки на поверхность потребуется овладеть очень сложными инженерными решениями в области навигационных систем. Но это если система наведения автономная. И тут возникает вопрос – а если пойти по проторенному нынче пути и использовать доступные “коммерческие решения”? Например, GPS?

В общем, санкции – санкциями, а иранский спутник на орбите.

Можно ли средствами РЭБ не просто “поставить помеху”, а вмешаться в управление комплексом ПВО? И не использовать при этом аппаратные закладки? Вопреки ожиданиям, вполне возможно, по крайней мере в теории, не очень уж далёкой от практики. Правда, потребуются суперсовременные средства РЭБ (авиационного базирования), мощные вычислители и инструменты проведения “сетевой атаки”, связывающие несколько узлов (разведчиков и, собственно, атакующих) в единую систему.

Дело вот в чём: комплекс ПВО для внутренней связи (а там есть командный пункт, пусковые установки, радары и т.д.) может использовать радиоэфир. Например, УКВ. Авиационной системой можно внутренний сигнал комплекса принимать с большого расстояния (главное, чтобы антенна имелась подходящая). Принятый сигнал можно исследовать и “раскрыть”, если шифрование не используется или используется нестойкое шифрование (“нестойкости”, кстати, так же можно создать средствами радиотехнической разведки, но это отдельная тема).

Теперь, с помощью мониторинга “открытых” внутренних каналов связи комплекса, можно построить сложную активную помеху, то есть с помощью мощного передатчика и направленной антенны (а вернее сказать, с помощью нескольких передатчиков) создавать на приёмниках комплекса ложные сигналы, имитируя, например, работу командного пункта или встраивая “поддельные координаты” в данные целеуказания, ну или ещё какие-нибудь хитрости придумать.

Работает ли это уже на практике? Ну вот можно предположить, что что-то подобное использует Израиль.

Популярный сетевой червь Downadup (или Net-Worm.Win32.Kido, а также Conficker), между прочим, на практике демонстрирует разнообразие своего сетевого инструментария.

Например, как пишут в блоге Symantec, процедура сканирования доступных машин на предмет заражения и передачи обновлений (через механизм P2P) оценивает ширину канала в Интернет, доступную заражённому компьютеру, и согласно этой оценке планирует свою активность по распространению и сканированию. Понятно, что это делается для того, чтобы меньше беспокоить админов локальных сетей и (даже более важно) админов интернет-провайдеров, дабы они не очень торопились принимать меры.

Кроме того, механизм сканирования сетей содержит “чёрный список” IP-адресов, принадлежащих компаниям, связанным с обеспечением компьютерной безопасности, – по этим адресам червь с попытками заражения не обращается.

Самое интересное, что W32.Downadup/Net-Worm.Win32.Kido ещё и умеет анализировать сетевую инфраструктуру. Алгоритм заражения, включающий несколько этапов, требует, чтобы заражаемая машина инициировала соединение через Интернет с заражающей и скачала к себе основной код вируса. Понятно, что брандмауэры, установленные в модемах и маршрутизаторах, обычно противятся такой активности локальных машин. Более того, заражённые машины вероятно располагаются за NATом. Поэтому код Downadup предварительно обнаруживает шлюзы в локальной сети, проверяет их настройки (всё через UPnP), организует себе такой канал, который шлюз будет пропускать в обратном направлении (из внешней сети вовнутрь) и уже с использованием этого канала заражает другие машины.

Если бы такой процедуры не было, то и заметного распространения в современной инфраструктуре червь не получил бы. Но решение задач автоматизации настройки сетевых соединений в очередной раз пришлось ко двору зловредным программам.

До сих пор в Интернете популярна авторизация по IP-адресу, например в тех же CMS (но не только). Например, помимо предъявления авторизационного куки-файла, для авторизации требуется, чтобы и запрос был с заданного IP-адреса, скажем с того же, с которого делался логин, породивший куку, или просто готовится “белый список” допустимых IP-адресов.

С одной стороны, это увеличивает “стойкость”, так как, на первый взгляд, если злоумышленник “угнал куки” или подслушал снифером пароль, то авторизоваться в системе со своей машины он не сможет, так как у этой машины, предположительно, другой IP-адрес.

А вот с другой стороны в реальности есть хитрости. Например, пользователи, которым требуется авторизация в “защищаемой системе”, могут располагаться за тем или иным NATом – это приводит к тому, что извне IP-адрес соединения пользователя будет выглядеть другим, нежели внутренний адрес этого пользователя. Но не это главное. Главное, что “внешний” адрес разделяется между многими пользователями внутренней сети, то есть с точки зрения внешнего сервера разные компьютеры всех этих пользователей будут выглядеть как имеющие один и тот же IP-адрес. Это сейчас очень и очень распространённая ситуация и в корпоративных сетях, и у “домовых” интернет-провайдеров: IP-адреса – ресурс дефицитный. При этом пользователь, не будучи подкован в технических вопросах, может и не подозревать о том, как хитро всё работает и что он разделяет с соседями один “внешний” IP-адрес.

Теперь приплюсуем сюда такой момент: прослушивать, с целью похищения “куков и паролей”, сетевой трафик данного пользователя минимальными затратами, скорее всего, могут его соседи по сети (скажем, “хакеры-пионеры” балуются в плохо настроенных “домовых сетях”). Выходит, что похитивший авторизационные данные нехороший сосед, очень вероятно, автоматом имеет возможность работать с внешним сервером с того же IP-адреса, что и пострадавший пользователь.

Так что на практике дополнительная авторизация по IP-адресу хоть и работает хорошо, но уже не выглядит панацеей.

Интересен и другой практический эффект: в системах онлайн-голосования за всякие рейтинги и конкурсы запрет повторного голосования с одного IP-адреса в течение некоторого отрезка времени (типа, защита от накруток, вспоминаем “Премию Рунета”) приводит к тому, что множество добросовестных пользователей вообще не могут проголосовать (они, волей админов, сидят за общим “IPшником”), а владелец среднего ботнета (или социальной сети) элементарно накручивает голосовалку, действуя с набора разных IP-адресов, да ещё и с нужным разбросом по времени.

А вот хороший истребитель нового (пятого?) поколения должен быть двухместным. Почему? Потому что кто-то интеллектуальный на борту должен управлять всем хитрым набором вооружений, сенсоров, радаров и, что главное, средствами РЭБ.

Развитие микроэлектроники позволяет напичкать самолёт богатым набором инструментов, а пилоту сложно управиться со всем этим разнообразием, потому что ещё нужно управлять полётом. Частично проблему решает развитие интерфейсов “человек-машина”. Это развитие, кстати, можно хорошо пронаблюдать, если сравнить фотографии пилотских кабин по истребителям разных десятилетий, а даже не поколений (это каждый может проделать самостоятельно): индикаторы, мониторы, новые кнопки и кнюппели.

Но, похоже, возможности бортового оборудования растут быстрее возможностей интерфейсов. Да и задачи, выполняемые истребителями, меняются. Поэтому второе место на борту для “оператора компьютерных систем” – отличное преимущество.

Впрочем, есть и другой подход. Его, например, связывают с F-35. Суть другого подхода: давайте лучше увеличим “телекоммуникационные” возможности истребителей группы, тогда пилоты смогут лучше помогать друг другу, а самолёты – делить задачи. Естественно, хорошая связь между истребителями – жизненно необходимый фактор. Вопрос лишь в том, что эффективнее: одноместные истребители с “летающей вычислительной сетью” или двухместные, с той же самой сетью?

“Локхид Мартин” публикуют фото “сборочного цеха” F-22:

Это фрагмент. По клику открывается картинка в большом разрешении.

Кстати, важный аспект, в смысле помехопостановки и использования всяческих ложных целей, – вычислительная мощность компьютеров, и, кроме того, оптимальные алгоритмы.

Например, комплекс ПВО: тут требуется вычислять параметры цели, сопровождать её перемещение (а это означает, что необходимо записывать данные о скорости цели, аппроксимировать траекторию и т.п.). Теперь предположим, что одну реальную цель сопровождает множество ложных. Достаточно большое количество более или менее хитрых ложных целей будет перегружать вычислительную систему комплекса уже задачей распознавания того, что эти цели ложные (даже, если комплекс научили их распознавать). Конечно, совсем простые “обманки” не помогут: можно так настроить радар, что сигналы от них будут отсеиваться ещё на самых ранних этапах обработки. Но, как говорится, беспилотники в помощь.

Другой пример: перспективные спутниковые системы слежения за передвижением объектов на больших территориях. Для чего такие системы мониторинга строятся? Вовсе не для изучения миграций тюленей или круторогих северных оленей. Строятся они для оперативного мониторинга перемещения мобильных ракетных комплексов (с МБР, конечно). Тут куда как более серьёзные требования к вычислительным системам – требуются суперкомпьютеры.

Почему? Потому что, понятно, для маскировки комплексов используются нетривиальные методы, и для того, чтобы в данный момент времени хорошо знать вероятное положение комплекса, нужно уметь выделять возможные районы его нахождения (комплексы пока что не телепортируются), предвычислять возможные маршруты, распознавать “ложные объекты” (в случае со спутниковой группировкой, мониторящей поверхность Земли, “ложные цели” создаются, например, атмосферными эффектами) и считать другие хитрые вещи.

При этом точность определения местоположения мобильного объекта целиком и полностью зависит от “глубины” и непрерывности записанной в базах данных “истории” этого объекта перемещений (вчера, два дня назад, месяц назад и т.д.). А ещё нужно сводить воедино сведения от разных датчиков и спутников, учитывать прогнозы (и погоды, и перемещений).

Впрочем, вычислительные мощности и дисковое пространство для долговременного хранения данных теперь сильно подешевели.

Между тем, на “Википедии” собираются ввести премодерацию правок в статьях. Премодерировать, насколько я понимаю, будут “сертифицированные” редакторы. В принципе, этого стоило ожидать.

Вновь приходится слышать от разработчиков CMS старую песню: “мы закрываем исходный код, потому что там наверняка уязвимости, а в закрытом коде найти их сложнее”. Речь о коммерческой CMS, о PHP, а “закрывают код”, понятно, с помощью Zend Optimizer.

А вот интересно разобраться, кому в действительности нужно, чтобы код был закрыт подобным образом. Разбираемся. Например, раз уязвимости есть (а они есть), то наверняка среди них полно шаблонных решений. Разработчики-то, собственно, нормальные, как и у других продуктов, поэтому нужно ожидать неистребимых SQL injection и далее по списку. То есть, обнаружению и использованию типичных уязвимостей закрытый код не помешал. Не удивительно – ведь от того, что код закрыт, дыры не исчезли, их просто хуже видно.

Но это одно дело. Теперь предположим, что некий квалифицированный специалист-хакер решил найти особую дыру в данной конкретной CMS. CMS эта не самая распространённая, а значит специалиста заинтересовала не просто так, но с точки зрения атаки конкретного сервера. Потому что ради спортивного интереса специалисты не работают по мелочи, а вот под заказ – вполне. (Заказ может быть и “имиджевым”, кстати. Для этого сайт-цель должен быть очень известным.) Специалист либо приобретает демо-версию, либо покупает лицензию – и, так как он специалист, “раскрывает для себя” исходный код и исследует его. То есть, особенных препятствий нет, и специалисту “закрытый код” не очень помешает – всё ж технологии используются известные. Так что опять концепция “спрятанных под Zend`ом дыр” промахивается.

А вот “хакеры-дети” (“пионеры”), которым не все технологии понятны – может, им помешает “закрытый код”? Нет, оказывается, что “пионеры” либо используют готовый инструментарий, который ищет шаблонные уязвимости (от доступности исходных кодов не зависят), либо просто отправляются атаковать другой сервер. Предположить, что этот тип атакующего станет тратить сутки на тщательный аудит кода одной CMS, когда на сайтах вокруг полно других соблазнов, будет, мягко говоря, странным – потому что это уже не начинающий хакер выходит, а тот самый спец, работающий под заказ. То есть, “закрытый код” тут просто не играет роли, которую ему приписывают.

Итак, против кого работают “спрятанные дыры”? Оказывается, что только против добропорядочных веб-мастеров и админов, которые хотели бы поверхностно взглянуть, что же там внутри CMS, которую планируют поставить на свой любимый сервер. Хотя бы с целью оценить стиль, прикинуть возможности “адаптации”, а вовсе и не для поиска дыр. Для них создаются дополнительные трудности, вполне ощутимые.

А выгода, естественно, у разработчиков: во-первых, спрятаны от глаз потребителя дыры, огрехи и неряшливый код; во-вторых, можно списывать ошибки и проблемы на сопутствующие технологии, потому что потребитель-то в исходный код пальцем ткнуть не может; ну и, в-третьих, можно и в ус не дуть, считая что система лучше защищена, потому что Zend все глубокие архитектурные дефекты попрятал.

Так вот. Требуйте открытых исходников CMS – проще будет эксплуатировать ПО.

Кстати, особенностей CMS касается вот какой момент. CMS, в подавляющем большинстве случаев, служат для управления веб-сайтом, который предназначен для публикации (то есть распространения) данных через Интернет – всё это очевидно. Так что “дыра”, уязвимость в CMS годится не только для того, чтобы просто “взломать сайт”. Как показывает практика, нынче уязвимость CMS оказывается более востребованной в качестве инструмента рассаживания червей и вирусов с добропорядочного сайта.

Работает инструмент так: получив достаточно прав по управлению сайтом, злоумышленник скрытно размещает на нём зловредный программный код, таким образом, что он будет загружаться к посетителям сайта. Расчёт, понятно, делается на то, что посетители сайту доверяют и без лишних сомнений присланный сайтом вирус активируют.

Если удачно использованная злыми хакерами уязвимость в операционной системе настольного компьютера рядового клерка компании приводит к тому, что этот компьютер начинает рассылать спам и вирусы, то это небольшая имиджевая потеря для компании. Если вирусы и зловреды начинает раздавать корпоративный сайт компании, то это уже совсем другое дело, более масштабное в смысле удара по имиджу.

Более того, с рассылкой вирусов компьютером клерка админы локальных сетей могут эффективно побороться – всё ж это нетипичная активность для пользователя-клерка, легко обнаруживаемая сетевыми мониторами. В случае сайта, который специально предназначен для рассылки информации во внешнюю сеть, всё бывает не так уж и просто, обнаружить “лишний модуль” могут не сразу.

А при этом механизмы автоматического обновления всё популярнее у создателей CMS. Есть “самообновляющиеся” коммерческие CMS. Для планирования рисков, связанных с корпоративным сайтом, хорошо бы знать, откуда и как получают свои обновления эти системы? Насколько надёжен канал? Когда его захватят злоумышленники, чтобы успешно рассадить трояны по многим сайтам? Всё это хитрые вопросы. Ответы на которые ещё сложнее отыскать, если используется CMS с “закрытым кодом”, работающая неясным способом и “обложенная” изнутри какими-то якобы “защитными модулями”.

Вот, на днях обсуждали нашумевшую в конце прошлого года историю с практической демонстрацией весомой уязвимости действующей инфраструктуры SSL-сертификации.

Вкратце, история там такая: группа исследователей на практике (с помощью кластера из игровых приставок Sony PS 3 – это к слову о вычислениях на графических ускорителях) продемонстрировала умение выпускать поддельные SSL-сертификаты, “подписанные” настоящим удостоверяющим центром. То есть такие сертификаты будут полностью проходить валидацию в браузере (по крайней мере, до внесения изменений в процедуры браузеров). Понятно, что подобный поддельный сертификат можно использовать в, например, фишерских атаках.

Почему подделка оказалась возможной? Потому что удостоверяющие центры продолжают использовать MD5 (хеш-функция, нужная при генерации электронных подписей), хотя алгоритмы быстрого нахождения коллизий в MD5 известны уже несколько лет (коллизии, грубо говоря, позволяют переносить, сохраняя валидность, подпись с одних данных на другие; скажем, с легитимных на поддельные, зловредные).

Выводы: как ни крути, а выходит, что отдельные, делающие бизнес на сертификатах, компании, мягко говоря, игнорируют реальную ситуацию с безопасностью этих сертификатов. При этом для рядовых пользователей вроде бы надёжная и безопасная SSL-система ситуацию с безопасностью сильно ухудшает. Дело в том, что этих пользователей приучили сильнее доверять безопасным сайтам, работающим по https, имеющим хорошие цифровые сертификаты. Так что такому сайту даже осторожный пользователь передаст свои данные (номера банковских карт, как обычно). То есть создаётся ложное чувство безопасности – что не есть хорошо.

Интересно, что вот введут DNSSEC для доменов, появится возможность удостоверять ответы DNS. И на каком-то этапе нерадивая компания из сферы “безопасности” напутает с ключами – а уже даже самые “параноидальные админы” DNSу верят на слово. Вот будет неприятность, почище, чем с BGP.

Впрочем, с другой стороны, от такого сценария развития деваться некуда – новые системы всё равно лучше полностью незащищённых старых: по крайней мере, известно, с кого спрашивать, можно найти, кто нарушал протоколы. Ну, если, конечно, уязвимость достаточно рано обнаружат.